Для оптимальной работы интернет-издания 36on.ru и его регулярного обновления мы используем cookies (куки-файлы) и сервис сбора и статистического анализа данных «Яндекс.Метрика» Продолжая оставаться на нашем сайте, вы соглашаетесь на использование куки-файлов и сервиса сбора статистики «Яндекс.Метрика».
Подробнее
Фабио Малавази о том, как CD38 борется с миеломой и влияет на поведение людей
Интервью с выдающимся итальянским ученым.
1591
Поделиться с друзьями
Итальянский ученый, эксперт мирового уровня в области иммунологии Фабио Малавази посетил Воронеж в рамках пятой международной конференции «Постгеномные технологии: от теории к практике», которая проходила 8 и 9 октября. Выдающийся деятель науки выступил с докладом «Моноклональные антитела в терапии множественной миеломы человека». В интервью журналисту 36on.ru профессор рассказал, на что способна молекула CD38 в борьбе с раком и старением, а также о том, как она влияет на социальное поведение.
 
 
     
 
Для справки. Фабио Малавази – руководитель лаборатории иммуногенетики Центра экспериментальных и клинических исследований медицинского факультета Университета Турина, в котором он организовал биотехнологическое производство моноклональных и поликлональных антител с надлежащей процедурой очистки для дальнейшего использования в клинической практике. Профессор является автором ряда изобретений и членом редколлегий многочисленных журналов о науке. Его работа связана с реализацией крупных проектов в институтах иммунологии, онкологических центрах и медицинских вузах Швейцарии, США и России (ВГМУ имени Н.Н. Бурденко, Воронеж). Сегодня Фабио Малавази – признанный во всем мире эксперт по биологии CD38 и специалист по иммунологии. Является членом Американского общества генетики человека, Американской ассоциацией развития науки и Общества ядерной медицины.
 
     
 
Фабио, добрый день. Начнем с относительно простых вопросов. Расскажите, из-за чего чаще всего возникают онкологические заболевания?
 
– Только бог знает об этом. Есть множество причин для возникновения онкологии. Одна из возможных проблем заключена в ДНК и в их регуляции. В основном причины заключены во внешней среде, ее повышенной токсичности, и связаны с качеством еды, генетикой и конституцией человека. Также есть очень много неизвестных нам причин.
 
Что нужно сделать человеку, чтобы не попасть в группу риска?
 
– Предотвратить это невозможно, но в качестве профилактики стоит применять персонализированную медицину. Когда мы приходим в медучреждение, нас лечат по обычной программе, а каждый человек  уникален, он должен лечиться в соответствии с его собственной конституцией. Кроме того, есть несколько вещей, которые мы должны выполнять. В первую очередь, нужно отказаться от наркотиков и алкоголя, выбирать правильное место жительства, так как радиация и подобные токсичные влияния на атмосферу вредят человеку, могут вызывать опухоль и онкологию. Ну и, конечно же, нужно употреблять здоровую пищу. 
 
Насколько мне известно, часть ваших исследований касается вопросов долголетия. Как вы думаете, на сегодняшний день удалось хоть немного решить проблему старения?
 
–  Вы задали очень важный вопрос. Увеличение продолжительности жизни стало приоритетной задачей для ученых. И в последнее время медицина многого достигла. Если пятьдесят лет назад линия жизни была экстремально маленькая, то сейчас люди живут гораздо дольше. Это заслуга во многом медицины, так как она серьезно продвинулась. Еще один важный фактор – условия жизни. Они стали лучше. Главное не дольше жить, а лучше жить. Поэтому прогресс есть, борьба со старением идет полным ходом.
 
 
Как лично вы поддерживаете свою молодость? Есть какие-то правила, которые вам помогают?
 
– Я не знаю на самом деле. Я в таком возрасте, когда уже достиг какого-то опыта. Но я не думаю, что на это повлияло соблюдение каких-то строгих правил. Италия – это страна, которой очень повезло с расположением. Например, на Сардинии есть несколько мест, где люди живут очень долго – их возраст превышает 100 лет. Что это значит? Возможно, это следствие климата, расположение самой страны, и конечно, не стоит забывать об уровне жизни.
 
Может быть, у вас есть какие-то здоровые привычки? Ложитесь, например, спать только в 11 вечера или едите определенные продукты, занимаетесь спортом?
 
– Вести здоровый образ жизни – это задание №1 для каждого человека. Но существует множество факторов, которые не зависят от нашего желания. Если мы тренируемся, мы имеем хорошую форму. Это зависит от нас. Однако мы не можем контролировать свою ДНК. 
 
Я работаю с молекулой CD38. Она экспрессируется на различных видах клеток и является тем таргетным агентом, действуя на который или стимулируя который, можно бороться в частности с миеломой (опухолью системы В-лимфоцитов – клеток, осуществляющих функции иммунитета – прим.ред.). В то же время CD38 находится на нервных клетках и отвечает за высвобождение окситоцина (так называемого гормона доверия – прим.ред.).
 
То есть одна и та же молекула на разных клетках отвечает за разные механизмы. Когда я только начинал учиться, было известно только периферическое действие окситоцина – во время родов и лактации (гормон вызывает сокращение клеток – прим.ред.). Но с тех пор многое изменилось. И была открыта такая его способность, как регуляция нашего социального поведения, коммуникации и взаимоотношения между людьми. То есть настолько шагнула медицина вперед. И ситуация более комплексная, чем можно было ожидать. Как мой ответ на ваш вопрос. 
 
 
Один из вариантов терапии будущего, над чем сейчас работают ученые – это возможность использования антител к CD38 как терапии. Не только при миеломе в частности, чем я занимаюсь, но также как помощь при различных видах нарушений социального поведения. И, отвечая на вопрос о продолжительности жизни, отмечу: за последний год было доказано, что CD38 также отвечает за продолжительность жизни. Возможно, активируя у меня эти процессы, мою жизнь тоже можно продлить (смеется – прим. ред.).
 
То, что CD38 может влиять на социальное поведение –  это очень интересная история. Сейчас она набирает обороты в экономике, поскольку, регулируя высвобождение окситоцина и активность CD38, можно влиять на доверие человека к тем или иным экономическим ситуациям или передвижением денег. 
 
Вы работаете с CD38 немного в другом направлении. Но, может быть, вам известно об успехах, которые были достигнуты другими учеными в области влияния молекулы на социальное поведение?
 
– Этим занимаются ученые Японии и Красноярска. Они проводят исследования на мышах, у которых генетически нет CD38. Было доказано, что у них очень сильно нарушена социальная память. Клиническую картину можно спроецировать и транслировать и на человека. Возможно, отклонения найдутся и у него.
 
Нарушение социального поведения очень характерно для многих заболеваний, в частности, для аутизма. Мне это было интересно. Моя группа была задействована в таких исследованиях. Мы провели генетический анализ. И ожидали, что, возможно, у детей с аутизмом CD38 не будет выражен вообще. Как оказалось, этот ген присутствует. Но его экспрессия значительно ниже по сравнению с контрольной группой.
 
У таких детей были исследованы клетки не мозга – их взять невозможно – а клетки, которые циркулируют в крови. На них была обнаружена пониженная экспрессия CD38. Когда изучили кровь их родителей, увидели, что у них так же понижена экспрессия гена. 
 
 
Как вы думаете, если найдутся какие-то отклонения у родителей, можно ли будет скорректировать картину, чтобы снизить риск появления на свет ребенка-аутиста? 
 
– К сожалению, в настоящий момент нет такой связи. Нельзя так сказать. Если бы было можно, это было бы здорово. Пока мы можем говорить лишь о том, что пониженная экспрессия CD38 имеет отношение как к миеломе, так и к аутизму. Что с этим делать дальше, покажут исследования. Нужно понять, в чем патогенез этих заболеваний именно в контексте CD38. Единственное, что сейчас можно сделать – это скорректировать количество таких клеток, которые эспрессируют CD38 и, например, количество окситоцина. Сейчас ведутся исследования по доставке окситоцина в головной мозг. Для этого можно использовать, например, назальный спрей. Также по CD38 можно применять ряд других техник, которые будут способствовать увеличению клеток этого гена. Но поможет ли это скорректировать заболевание, пока сказать сложно.
 
Фабио, вернемся к вашим исследованиям. Расскажите, чем CD38-терапия хороша? Как отличается от химиотерапии?
 
– Начну с того, что CD38 – это молекулы, которые ярко выражены у различных млекопитающих. Из них состоят клетки плазмы, в том числе костного мозга. С другой стороны, они принимают участие в функционировании и развитии миеломы. Будучи такими ярко выраженными, они были выбраны как идеальные маркеры, или цели для убийства клеток. После применения терапии с использованием CD38-антител уровень выживания пациентов, который, скажем, обычно сильно страдает, повысился. Эти антитела были подтверждены для терапии in vivo. И это действительно обеспечивает нам довольно хорошие результаты, при очень ограниченном, минимальном количестве побочных эффектов. Это не то же самое, что обычно происходит при химиотерапии. Ничего близко похожего на химиотерапию нет. Намного лучший результат достигается путем внутривенного введения этих клеток. Сейчас мы готовим препарат, который может быть инъецирован под кожу. 
 
 
Есть ли какие-то проблемы при использовании такого лечения?
 
– Не все пациенты реагируют на подобную терапию. И это критически важный момент, потому что никто не знает, почему. Сейчас такие пациенты находятся под пристальным наблюдением, исследования продолжаются.
 
Что удалось выяснить за последний год в этом направлении?
 
– Мы сделали важный шаг в понимании того, что происходит, когда антитело атакует цель. Стало ясно, что это очень сложный сценарий поведения. Он включает активацию функции, которая была неожиданной, и блокирует другие функции. В частности, происходит блокировка взаимодействия с FC-рецептором (белком, расположенным на поверхности клеток иммунной системы и принимающим участие в ее защитных реакциях – прим.ред.). Мы не полагали, что так будет. Не то, чтобы не ожидали, просто не учитывали этот фактор. Мы рассматривали это как нечто, не связанное с болезнью. Но сейчас видим, что эти спорадические взаимодействия действительно релевантны, соотносятся с результатом нашей терапии с точки зрения подбора пациентов, которые потенциально дадут более высокий результат, или, скажем, у них будет высокий отклик на нашу терапию. И это действительно потрясающий итог исследования.
 
Фото - Анна Вотинова.

Читайте также: Капуганти о новой биотехнологии, идеальном мире и совместном проекте с ВГУИТ
 
Автор: Анна Вотинова