Для оптимальной работы интернет-издания 36on.ru и его регулярного обновления мы используем cookies (куки-файлы) и сервис сбора и статистического анализа данных «Яндекс.Метрика» Продолжая оставаться на нашем сайте, вы соглашаетесь на использование куки-файлов и сервиса сбора статистики «Яндекс.Метрика».
Подробнее
Балканский вояж: чем живёт Косово и Метохия (часть 3)
Корреспондент 36on Владимир Сапунов стал единственным российским журналистом, которому в эти дни удалось попасть в Косово и Метохию.
1514
Поделиться с друзьями
Ещё раз подчёркивает крайне напряжённую обстановку в регионе международный скандал, разразившийся в минувшие выходные, когда попытка  российской медиазвезды, корреспондента «Комсомольской правды» Дарьи Асламовой попасть в Космет завершилась задержанием на «административной» границе между Сербией и Косово в районе КПП «Яринье». По словам представительницы российской прессы, албанские силовики, остановившие её на границе, затем устроили многочасовой допрос в Южной Митровице, после чего депортировали, назвав «российской шпионкой» и запретив въезд в Косово на 5 лет. При этом документа о депортации приштинские власти почему-то не предоставили, что вызвало вопросы уже у сербских пограничников в Рашке. В общем, не пускают в Косово российских журналистов – кого-то просто, кого-то со скандалом. Кто-то и не пытается проехать через Яринье – чтобы не нарваться на неприятности.

В предыдущих материалах мы, в основном, рассказывали о военно-политических аспектах жизни в Косово, сегодня поговорим о социально-экономических.
 
 

Жизнь под угрозой огненной лавы
 

Такая последовательность не случайна, поскольку, как мы уже говорили, вопросы безопасности волнуют косовских сербов в первую очередь. Однако социальных проблем при этом никто не отменял.

Сербское население КиМ составляет сейчас примерно 120 тысяч человек. Из них 40 тысяч живут на севере, тридцать из них – в общине Звечан, административный центр которого, Косовска-Митровица, является неофициальной столицей косовских сербов. Звечан – это ещё и вулкан высотой 545 метров над уровнем моря, одна из самых высоких точек Косово и древняя крепость. Вулкан спящий, а вся жизнь косовских сербов сейчас напоминает существование под угрозой схождения огненной лавы.

Ещё примерно 80 тысяч сербов живут южнее реки Ибар. Главным образом, разумеется, в населённых пунктах с сербским большинством. Административным центром сербов к югу от Ибара считается город Грачаница, расположенный в 8 километрах к югу от Приштины – на трассе Митровица-Урошевац. Чтобы попасть в Грачаницу, надо проехать примерно час по территории, контролируемой албанцами, в том числе через Приштину. С практически обязательной проверкой документов на блокпосту. Формально Приштина  – это административный центр автономного края Косово. По факту сербов изгнали из Приштины в 1999-2001 годах,  и сейчас албанцы считают Приштину «столицей Республики Косово». Как это делают и США с Евросоюзом. 

В Грачанице работает местное самоуправление, практически как и в Северной Митровице. Главные атрибуты Сербии тут присутствуют – как, скажем, киоски «Moj Киоск», в которых можно пополнить счёт на телефоне, или почта. Для косовских сербов почта имеет особое значение, поскольку  это практически единственная возможность получить почтовый перевод из Сербии или его туда отправить. Система PostNet работает быстро и эффективно, через 2 минуты после отправки вы получите код на номер телефона и можете получать деньги в почтовом отделении. Как и в Косовской-Митровице, в Грачанице лишь одно почтовое отделение, но и это позволяет больше не ездить в Косово с набитыми наличными деньгами карманами. 
 

Помимо динаров, в сербском Косово примут евро практически в любой торговой точке, а вот рубль здесь будет пустой бумажкой. В отличие от крупных городов, где рубль можно обменять хотя бы по «плохому» курсу, здесь наша валюта абсолютно бесполезна. Ее можно разве что подарить кому-нибудь как сувенир. Другой способ переводов – банк «Поштанска Штедеоница», который имеет в Косово 5 отделений, в Грачанице его нет – надо ехать в Митровицу. Такой способ переводов используется практически исключительно для получения пенсий и зарплат бюджетниками. 

Работу найти непросто – молодёжь стремится в Митровицу. Как внучка пенсионера, работающего в одной из торговых точек в районе автостанции в Грачанице. «Найти работу в Косовской-Митровице хорошо тем, что при этом не надо уезжать из Косово», – говорит он. «В свою очередь те, кто живут в Митровице, тоже уезжают на заработки в Сербию-мать: в Рашку, в Нови-Пазар, в Ниш, в Крагуевац. Нашим туда ездить уже далеко».

Главной достопримечательностью Грачаницы является монастырь XIV века. Храм, построенный королём Милутином в 1321 году, является одним из самых значимых объектов мирового Православия и охраняется ЮНЕСКО. Сам город, население которого составляет примерно 10 тысяч человек, находится под формальной охраной шведского контингента KFOR. В отличие от сотен других сербских святынь в Косово и Метохии Грачаница во время погромов 1999-2001 годов и 2004 года разрушению и разграблению не подверглась. В центре города о том, что Косово – это главная территория сербской воинской славы, напоминает памятник святому князю Милошу Обиличу. 
 
 

Хорошо там, где нас нет
 

Жителям Грачаницы повезло  больше, чем сербам, которым приходится жить в анклавах в центральном и южном Косово. Тем более в тех, которые контролируются албанцами. В Призрени в Южной Метохии постоянно проживает только 1% сербов. Остальные приезжают только поклониться уцелевшим сербским святыням.  Практически та же картина в Пече, где расположен монастырь «Печская патриархия», и в 19 километрах от которого находится монастырь Высокие Дечаны. В Гнилане, центре Косовского Поморавья, осталось около 50 сербов, другие в небольшом количестве живут в окрестных сёлах. Целых церквей здесь почти не осталось. Есть деревни, где проживают не больше десяти человек. 

Как результат – возникает целый ряд инфраструктурных  и логистических сложностей. Без машины прожить фактически невозможно. Сербов обстановка в  анклавах всё больше подталкивает к маргинализации и ассимиляции. По понятным причинам и официальный Белград больше склоняется к помощи Северному Косову, где сербы проживают компактно. Это политически выгоднее.

В итоге практически вся помощь из Белграда (750-800 миллионов евро в год) идёт в Косовску-Митровицу и другие северные территории Косово, а на юге жалуются, что денег не допросишься на самые дешёвые инфраструктурные проекты. И на то, что сербская Канцелярия по вопросам Косово ими практически не занимается. А через Канцелярию решается львиная доля вопросов автономного края. В этом году сербское министерство финансов выделило на развитие Косово около 96 миллионов евро, из них Канцелярия получила около 63 миллионов евро. 

Со своей стороны сербы, живущие на Севере, хотя и признают, что Белград оказывает им финансовую помощь, без которой было бы совсем тяжело (льготные и бесплатные услуги ЖКХ, освобождение от налогов в сферах, на которые ввела подати  Приштина, бюджетные выплаты), – обвиняют правительство Сербии в том, что оно способствует ассимиляции жителей северного Косово в приштинскую политическую систему. «Зачем Вучич призывает нас участвовать в шиптарских выборах?» – недоумевает местная учительница Нада. – «Сербский лист» – это профанация участия в политической жизни. Они получают несколько мест в приштинском парламенте, получается, мы в нём представлены? А для организации сербских выборов в Косово вообще ничего не делается. Мы вынуждены ездить и голосовать на президентских и парламентских выборах в Рашку, Нови-Пазар и Белград». 
 

Это усиливает ощущение неопределённости будущего и недоверие к официальному Белграду. Несмотря на воинственный и агрессивный настрой, прагматизм часто берёт верх. Сербы, особенно в свете последних событий,  всё чаще заводят личные карты «Республики Косово». «Мне это противно, но я вынужден это делать», – говорит Марко, житель Косовской-Митровицы. «Иначе при любых проблемах с пересечением границы мой бизнес просто прогорит, и мне не на что будет содержать семью». Примерно так же рассуждают те, кому приходится ездить на работу в Сербию каждый день. 

Кстати, обратный поток тоже есть, например, в местный университет, который эвакуировали из Приштины в 2001 году, ездят работать преподаватели из Ниша,  Вранье и других сербских городов. Обычно работают «вахтовым методом» – приезжают читать лекции на неделю. Один из местных автобусных перевозчиков – Joe Travel – установил «профессорские скидки», благодаря которым билет в Белград стоит всего 1000 динаров. А это 6 часов езды. Для сравнения билет Белград – Богатич (1,5 часа в пути) обходится в 890 динаров. Главные источники местной сербской информации – телеканал MOST TV, радиостанция ContactPlus (с обоими СМИ автор материала неплохо знаком, давал им интервью), а также новостной интернет-портал Kossev.info. 
 

О том, что «Россия нас бросила», больше никто не говорит
 

В любом случае главной темой для разговоров остаётся ситуация на границе и вероятность вооружённого конфликта. Провокации происходят каждый день. В конце прошлой недели албанские СМИ обвинили сербов в том, что они обстреляли «албанский спецназ» ROSU у водохранилища в Газиводах, не предоставив никаких доказательств «стрельбы». Плюс встреча «ветеранов UČK» (так называемой Армии освобождения Косово, признана террористической организацией – прим. ред.), которую обязательно надо было провести именно на севере автономного края. 

На 18 августа вроде бы назначена встреча в Брюсселе Вучича с так называемым премьер-министром Косова Курти, однако дополнение «при посредничестве» Евросовета лишает шансов на серьёзный диалог, поскольку ЕС, как известно, выкручивает Белграду руки, добиваясь признания «независимости Косова»,  что для сербского народа абсолютно неприемлемо. Чувствуя за собой полную поддержку западных хозяев, Курти сегодня заявил, что «даёт сербам два месяца» на выполнение требований, которые спровоцировали последний кризис (запрет на въезд в Косово по сербским личным картам и автомобильным номерам).

Положение в регионе хорошо характеризует обстановка в районе моста через реку Ибар в Косовской-Митровице, разделяющего сербскую и албанскую части города. Албанцы вполне спокойно могут перейти его и прогуляться по центру Северной Митровицы. А вот сербы в албанскую часть практически не ходят. «Если серба побьют в Южной Митровице, это в лучшем случае спишут на бытовой конфликт», – мрачно усмехается мой собеседник Марко. – «А если с албанцем что случится – так наших разве что за военные преступления в Гаагу не отправят». 
 

При этом ещё раз подчеркнём, что в случае вооружённого конфликта практически все тут надеются прежде всего  на Россию. Расхожие слова  «Москве Косово нужно больше, чем Белграду» не совсем, конечно, соответствуют истине, но нельзя сказать, что и сербские власти такого отношения совсем не заслужили. Брюссельский и Вашингтонский договоры и два соглашения ИПАП с НАТО подписывали именно они. 

Что бы ни происходило, радует, что настроений «Москва нас совсем забыла и бросила», как это было лет 15 назад, я в Сербии больше не наблюдаю. На нас надеются и в нас верят. Популярная фраза «если бы Путин баллотировался в президенты Сербии, он бы набрал минимум  200%» подчёркивает огромную популярность российского лидера. Ещё бы российские власти всё это более разумно использовали. Но это уже другая история. 

Фото и текст: Владимир Сапунов.