Для оптимальной работы интернет-издания 36on.ru и его регулярного обновления мы используем cookies (куки-файлы) и сервис сбора и статистического анализа данных «Яндекс.Метрика» Продолжая оставаться на нашем сайте, вы соглашаетесь на использование куки-файлов и сервиса сбора статистики «Яндекс.Метрика».
Подробнее
Осужденный за убийство Эдуард Ельшин цитировал на суде Святое писание
Бизнесмен напомнил судьям об истине и милосердии.
9938
Поделиться с друзьями
Сегодня, 20 октября, Воронежский областной суд рассмотрел апелляционную жалобу на приговор Цетрального районного суда, в соответствии с которым фигурант резонансного убийства у кафе «Иль-Токио» был приговорен к суровому наказанию – 12 годам колонии строгого режима.
 
 
Слушания начались с опозданием в один час – в 11:00. К этому времени в зале суда собрались порядка 20 человек – журналисты, друзья и родные Эдуарда Ельшина, представители сторон и бывшая жена убитого Дмитрия Кривошеева. Родители последнего на решающее заседание не пришли. Эдуард Ельшин общался с присутствующими посредством видеоконференцсвязи, находясь в СИЗО.
 
Осужденный к 12 годам тюрьмы попросил суд о смягчении наказания, произнеся проникновенную речь, в которой вспомнил о Боге и библейских истинах. Приводим отрывки из обращения Ельшина к суду.
 
– В первую очередь, хочу попросить прощения у потерпевших. Я очень сожалею о случившемся, прошу простить меня. Я хочу, чтобы родные знали, что я и моя семья хотим как-то помочь. Я уже говорил, что готов свою квартиру отдать. Если будет такая возможность, оказывать помощь. Нелегко с этим жить: я потерял и сон, и покой, каждый день я сильно ругаю себя. Осознавая всю тяжесть произошедшего, я до сих пор не могу понять, как могло такое произойти.
 
Я старался жить по закону. Родителями был приучен к труду, что жить надо честно. Хотел, чтобы мои родители гордились мной и радовались за нашу семью. Я жил правильной жизнью, работал. Старался помогать людям. По возможности участвовал в жизни нашего города, бесплатно предоставлял технику для уборки города. Старался жить с пользой, не приносить никому вреда. И в мыслях у меня не было, что когда-то я смогу оказаться на скамье подсудимых.
 
Уважаемая апелляционная коллегия, у меня и в мыслях не было даже лишать жизни человека. Я же не сумасшедший в центре города при множестве свидетелей под камерами стоять и специально ждать, чтобы убить. Я признавал свою вину и признаю, что это из-за моих действий, конечно, произошло. Я лишь не согласен с мнением следствия, с мнением суда, что я готовился, специально ждал и хотел убить его, желал смерти ему.
 
 
По словам осужденного, в ту роковую ночь с 15 на 16 ноября 2014 года у него действительно был конфликт с бизнесменом Дмитрием Кривошеевым. Однако, как утверждает Ельшин, после словесной перепалки он ушел из «Иль-Токио» и вскоре остыл. Мужчина отрицает, что специально искал нож и собирался расправиться со своим обидчиком, когда вернулся к заведению. Также он считает недоказанным факт нахождения в алкогольном опьянении в момент совершения преступления, который послужил отягчающим обстоятельством при вынесении приговора.
 
– Я подошел к зданию абсолютно спокойный. Не шатаясь. С координацией движений трезвого человека, встал в стороне от входа и спокойно курил, ожидая своих друзей. Ни о Кривошееве, ни о Ключникове (друг убитого – прим. ред) я уже не думал. А думал о том, как буду проводить вечер с друзьями. Когда Ключников и Кривошеев вышли на улицу, они стали сразу же оскорблять меня, подсмеиваться надо мной. Кривошеев пошел на меня с угрозами. Я действительно испугался, меня начало трясти. Все это произошло очень быстро и неожиданно. В растерянном и испуганном состоянии я не смог найти какой-то более адекватный выход из сложившейся ситуации. Я сам не понял, как достал нож и нанес удар. Но я это сделал не со зла, а от испуга, растерянности, волнения.
 
Уважаемая апелляционная коллегия, хочу обратить ваше внимание на содержимое бутылки Кривошеева, когда он подошел ко мне. В этой бутылке была водка. Какой нормальный человек без запивки и закуски будет пить водку? Ну, только если в какой-то нестандартной ситуации. На адреналине. Простите за такое сравнение, но как в годы войны: солдаты выпивали, когда шли в бой, для храбрости и смелости. И в нашей ситуации помимо оскорблений, угроз, замаха головой, человек выпивает водку. Для чего? 
 
 
– Для меня было понятно, что человек хочет напасть на меня. Еще раз повторяюсь, что я очень сожалею и мне стыдно, что я так себя повел. Но их было двое. Я действительно испугался. В сложившейся ситуации виноваты мы оба. Здесь нет на 100% правых и виноватых.
 
В состоянии алкогольного опьянения я не был, поэтому не соглашаюсь с выводами Центрального районного суда. За компанию заказывал шампанское – это да. За компанию чисто пригубил с девушками. То есть вечер только начинался. Я только пришел в кафе.
 
До сих пор не могу понять, как такое могло произойти. Не понятно, что могло повлиять на столь строгое наказание. Я не хочу верить, что телевидение или группа интернет-комментаторов могли повлиять на решение суда, что СМИ может решать судьбы людей.
 
 
– Уважаемая апелляционная коллегия, прошу вас о законном решении. После этого страшного события я каждый день начал молиться, просить прощения у Бога. При чтении Святого писания… – Елишин замолчал на несколько секунд, сдерживая слезы, – … я увидел слова, которые относятся ко всем нам – это три неразделимые слова: суд, истина, милость.
 
Уважаемая апелляционная коллегия, при назначении мне наказания, прошу вас, помните эти слова. Прошу вас, будьте милостивы. Не губите меня, а вместе со мной и моих родных. Дайте мне возможность доказать, что не потерянный я человек, что могу принести пользу людям. Это страшное событие – крест до конца моих дней. Я и мои родители страдаем почти два года. Мне очень плохо, чувствую себя виноватым и перед родными Дмитрия, и перед своими родными. Прошу, простите меня. 
 
 
Во время выступления подсудимого сложно было понять, действительно ли он раскаивается, или это хорошо отрепетированное представление. Но из-за произнесенных слов у присутствующих на глаза навернулись слезы. Отец Ельшина плакал навзрыд, видимо, думая о тяжелой и долгой разлуке с сыном. Однако бывшая жена убитого мужчины Ксения не поверила ни одному слову осужденного. 
 
– Прошу оставить приговор Цетрнального районного суда без изменения. И хочу добавить по поводу раскаяния Ельшина: это чистая ложь. Единственный раз он просил прощения у меня лично в суде во время прения сторон. Когда прошло 1,5 года со смерти человека…
 
– Нам ваш адвокат сказал, чтобы мы ни маме не звонили, ни к вам не подходили! – сквозь слезы прокричал отец Ельшина.
 
– Мне не о чем с вами разговаривать, – сурово ответила Ксения. – Человек 8 месяцев сидел на скамье рядом с нами. Ни разу лично не принес своих извинений. В его раскаяние я не верю. Все, что сказано, – сказано для того, чтобы смягчить себе срок.
 
Отметим, что апелляционные жалобы в суд подавал не только Ельшин, но и его защита. Адвокаты настаивали на том, что в ходе конфликта с Кривошеевым подсудимый защищался, в результате чего превысил пределы необходимой обороны.  Кроме того, Максим Баев назвал приговор «ущербным» и «незаконным», приведя несколько аргументов, таких как: отсутствие в приговоре названия суда, выносившего решение, имени гособвинителя, присутствовавшего на первом заседании, игнорирование показаний 15 из 38 свидетелей и так далее. Баев пообещал «быть максимально кратким», однако его речь заняла ровно час, что вызвало раздражение у судейской коллегии. Остальных юристов и представителя прокуратуры попросили не пересказывать то, что и так было в материалах дела, с которыми судьи перед заседанием подробно ознакомились, а рассказать «что-то новенькое».
 
 
Второй адвокат Ельшина Людмила Суворова согласилась с мнением коллеги и попросила отменить приговор Центрального районного суда. Несмотря на доводы защиты Ельшина и его проникновенную речь, судейская коллегия встала на сторону потерпевших и представителя прокуратуры, и оставила приговор без изменений. Сегодня он вступил в законную силу. Пока защитники не определились, будут ли они подавать кассационную жалобу по уголовному делу.
 
Автор: Анна Вотинова